РЕЛИГИЯ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА


 

ФИВЫ

Происхождение греческого топонима "Фивы", восходящего к Гомеру ("стовратные Фивы"), не установлено, а предлагавшиеся этимологии - неудовлетворительны. Почему греки дали египетской столице название своего беотийского города Фивы - сказать трудно. Приблизительно та территория, которая во времена Среднего царства составляла Фиванский ном, в эпоху Древнего царства была известна под названием Уас или Уаст. В Среднем царстве и позже это название обозначало уже ном, но и город. Фивы располагались на восточном и западном берегах Нила. На восточном берегу был расположен центр города - массив Карнака и Луксора, собственно и носивший название Уаст. или Нут. Здесь находилась резиденция царей, здесь они рождались и жили. Термин "нут" (niwt) неоднозначен и относится нередко к поселениям разного рода, но одно из его основных значений - "резиденция (царя)". Нередко он означает также резиденцию какого-либо нома. Часто Фивы именуются "южный град" или "южная резиденция", а иногда и просто "град". Это словоупотребление совершенно аналогично латинскому "urbs" в отношении Рима или грузинскому "калаки" ("город", "град") в отношении Тбилиси.

На западном берегу Нила располагались заупокойные храмы фараонов XI, а также XVIII-XX династий, здесь же были расположены знаменитые Долины царей и цариц, где покоились властители Египта, и некрополи придворных, военачальников, чиновников, жрецов, вообще знати, обслуживаемые местными рабочими, с особой администрацией. На западном берегу распоряжался "градоначальник запада", на восточном - просто "градоначальник".

Древнейшие памятники Фив - две гробницы (№ 185 и 186), восходящие к Древнему царству. Все остальное значительно более позднего времени (начиная с XI династии). На западном берегу находятся гробницы фараонов XI династии, руины сооруженных ими храмов и погребения их двора.

В эпоху Древнего царства Фивы представляли собой незначительное поселение на восточном берегу Нила, расположенное в исключительно красивой местности. Возвышение Фив с утверждением XI династии было следствием усиления центростремительных сил, проявившихся в египетском обществе после долгих лет междоусобной войны и распада централизованной монархии Древнего царства. Во время этой войны правители Фив сумели не только одолеть своих соперников, правителей других номов, но и подчинить их своей власти, а затем стать во главе заново объединенного ими Египта и завладеть троном. Фиванская религиозная система органически связана с экономическим и политическим возвышением Фив во времена Среднего и Нового царств, она является как бы идеологическим выражением этого бурного экономического и политического развития. Обстоятельства и время возникновения и развития Фиванской религиозной системы предопределили ее сущность и формы. Возникнув позже систем Гелиополя, Мемфиса и Гермополя, фиванская система усвоила ряд моментов теогоний и космогонии этих древних по сравнению с Фивами городов. Развиваясь в условиях экономической и политической гегемонии Фив в долине Нила, в условиях возникновения первой по времени "империи" в истории рабовладельческой формации, культ фиванского бога Амона превращается из локального в общеегипетский, а Амон, в глазах египтян, становится богом-демиургом, создателем и правителем всего мира, "царем всех богов". Так в недрах египетского политеизма создаются предпосылки к возникновению монотеизма, вспыхнувшего ярким факелом в конце правления XVIII династии, но никогда не ставшего общепризнанной идеологией древнего Египта.

В будущем Фиванском номе (IV ном Верхнего Египта) кроме деревушки Фивы было еще три поселения: древнее Джарти, современный Тод, - на некотором расстоянии от реки, на восточном берегу; древнее Маду, современный Меда-муд, также на восточном берегу; древнее Иуни, более полно Иуни-Монту, т. е. Иуни бога Монту (Иуни было созвучно с древним названием Гелиополя - библейск. Он), современный Армант, в 13 км к югу от Луксора, на западном берегу Нила. На территории этих трех поселений и Фив местным богом был Монту. Изображался он антропоморфным, с головой сокола (по-видимому, какая-то разновидность общеегипетского соколиного бога Хора). В Гермонте с ним была сопряжена богиня Чененет, а также богиня Иунит, что значит "гермопольская". Иногда она называется Раттауи; имя образовано искусственно: первая его часть - "Рат" - форма женского рода имени бога солнца Ра, "тауи" значит "Обеих Земель" (т. е. Верхнего и Нижнего Египта). Этот эпитет богини, как и египетское название Арманта, созвучное с египетским названием Гелиополя, свидетельствует о несомненном влиянии воззрений Гелиополя на Армант. Имя бога сохранилось в коптском названии города - Гермонт. XI династия, несомненно, была тесно связана с Армантом, так как трое из ее фараонов носят теофорное имя Ментухотеп (Менту-Монту).

На территории трех названных поселений и Фив цари XI династии возводили свои храмы. В храме Тода сохранился рельеф, изображающий фараона XI династии Небхепетра приносящим жертвенные дары богу Монту. На туринской стеле казначея Меру значится, что именно бог "Монту дал Обе Земли царю Небхепетра", т. е. Ментухотепу I (речь идет о фактическом объединении Верхнего и Нижнего Египта под эгидой этого царя, правившего полстолетия, восстановившего объединенное государство после Первого переходного периода, периода междоусобиц и смут). Как было отмечено, Армант находился под влиянием Гелиополя с его солнечным божеством Ра, что отразилось и на местном боге Монту. Бог Монту надолго сохранил и аспект бога-победителя (вроде римского Марса). Как указал К. Зете, это было результатом долголетних и победоносных войн правителей Арманта против гераклеопольских царей, войн, закончившихся воцарением на престоле Египта XI династии, - войны велись от имени и по велению бога Монту. Уже при Ментухотепе I в Фивах (в Дер-эль-Бахри) был сооружен его заупокойный храм. Таким образом, XI династия была связана не только с Армантом, но и с Фивами.

Основателем новой, XII династии был фараон Аменемхат I (1991-1962 гг. до н.э.), хорошо известный из произведений египетской литературы. Его теофорное имя Аменемхата, означающее "Амон во главе", - одно из первых свидетельств культа Амона в Фивах. "Несомненно, что этот род (Аменемхата I. - М. К.) был особенно предан культу Амона, который, в свою очередь, многим обязан этому роду: без энергичной поддержки Амон не смог бы столь быстро оттеснить старого локального бога Монту".

Можно без преувеличения сказать, что религиозная политика царей XII династии сделала культ Амона общегосударственным. Эту линию продолжала XVIII династия и ее ближайшие преемники. Древнейшим храмом Амона в Фивах был Ипетсут, современный Карнак, надолго ставший главным местом культа Амона.

Здесь необходимо остановиться на сложной проблеме происхождения бога Амона. Надо прямо сказать, что она не разрешена удовлетворительным образом. Разгорелся спор: является ли Амон локальным богом Фив, в частности Карнака, или его культ "экспортирован" сюда из другого нома?

Лефебюр, Эрман, Макс Мюллер, Готье считали, что Амон является фиванским вариантом локального божества Коптоса, бога Мина. Но вот появилась уже цитированная монография К. Зете о фиванском верховном боге. Незачем говорить, что эта монография одного из корифеев египтологии, на редкость эрудированного и одаренного, не могла не произвести большого впечатления в кругах специалистов. Как и все работы названного маститого ученого, она отличается исключительно богатой и интересной аргументацией со ссылкой на многочисленные источники. К. Зете, как и другие исследователи, подчеркивает не могущую быть случайной близость коптосского Мина и фиванского Амона, однако основной тезис К. Зете следующий: Амон - гермопольское божество, и его культ был "экспортирован" из Гермополя в Фивы.

Английский египтолог Уэнрайт, автор ряда исследований о происхождении и характере бога Амона, опубликовал рецензию на труд К. Зете, в которой тонко и убедительно показал, что аргументация К. Зете не соответствует действительности, что выводы его натянуты и противоречат фактам. В статье о происхождении Амона Уэнрайт доказывает, что наличие Амона в гермопольской огдоаде - результат богословской спекуляции жрецов и что Амон "экспортирован" не из Гермополя в Фивы, а, наоборот, из Фив в Гермополь. Уэнрайт показал, что Амон, как и его коптосский прообраз, бог Мин, - в основе своей бог неба и грозы. В самое последнее время проблема происхождения бога Амона дополнительно осложнилась следующим обстоятельством: французский египтолог Фр. Дома сообщает, что существование Амона в ипостаси Амон-Ра засвидетельствовано много ранее воцарения на египетском престоле XII династии: в конце прошлого века в Карнаке была найдена каменная статуэтка фараона VI династии Пепи I с высеченными на спине именем и эпитетом фараона: "любимый Амоном-Ра, владыкой Фив". Следовательно, культ Амона-Ра Фиванского уже существовал в конце эпохи Древнего царства! По всей вероятности, в полемике Уэнрайт - К. Зете ближе к истине английский египтолог.

В конечном счете не так уже важно, откуда появился Амон в Фивах, гораздо важнее его облик как божества, игравшего решающую роль в религиозных воззрениях египтян в течение ряда веков. Обратимся к Амону в том его виде, в каком он известен нам начиная с воцарения XII династии.

Как мы видели, Амон очень рано сопоставляется с гелиопольским богом Ра, который был верховным богом и демиургом, главным космическим богом. Это значит, что из локального бога Амон превращается в верховное космическое божество и в демиурга, творца богов и вселенной. Так, несомненно, проявилось действенное влияние гелиопольской системы религиозных взглядов на Фивы.

В Лейденском папирусе № 1350 от времен XIX династии (XIII в. до н.э.) содержится гимн Амону, в котором отразились отдельные моменты фиванских теогонии и космогонии (существует и множество других текстов, в которых зафиксировано то же самое). Амон никем не создан, он создал сам себя, другие боги появились после него (IV, 9-11). Явившись в образе гуся, "великого гоготуна", он "начал говорить среди молчания". "Эннеада была в твоих (Амона. - М. К..) членах... все боги составляли части твоего тела". "Он (Амон. - М. К.) создал твари, чтобы они жили, он указал путь для людей, и их сердца живут, когда они видят его" (IV, 1-8). В другом тексте, в папирусе Булак № 17, относящемся приблизительно к тому же времени, читаем: "Ты один, который создал все, ты единственный, который сотворил живое, из глаз которого появились люди, из уст которого произошли боги", и т. д. Излишне увеличивать количество подобных высказываний, четко характеризующих Амона как демиурга, создателя всех богов, людей, растений и всего сущего на земле. О Фивах в Лейденском папирусе № 1350 сказано: "Фивы - образец для всех городов. Вода и земля были в них вначале. И появился песок, чтобы обозначить границу пахотных земель и обозначить их основную почву, на холме. Так стала земля. Потом появились люди, чтобы благоустроить все города" (II, 10-11). Иными словами, Фивы - это первозданный холм, первая земля, вышедшая из вод в результате первого акта творения (ср. Гелиополь и Мемфис). В Карнаке, при входе в знаменитый "гипостильный зал", начертана иероглифическая надпись, гласящая о том, что Карнак - начальный микрокосм и основа макрокосма. Надпись сделана во времена Птолемеев. Итак, Амон - создатель богов и всего мира, а Фивы - начало мира.

К. Зете охарактеризовал Амона как космическое божество воздуха и ветра, наполняющих весь видимый мир, дающих дыхание жизни всему живущему, т. е. вездесущего. Эту развернутую, отлично документированную характеристику К. Зете основал на наблюдениях и выводах В. Шпигельберга. Этот аспект Амона смыкается, естественно, с его аспектом божества неба и грозы (по Уэнрайту). Во многих текстах Амон назван "великой душой", "сокровенной душой", "великой живой душой, что над всеми богами". Как воздух и ветер, душа невидима. Отсюда представление об Амоне как о духе, оживляющем и дающем жизнь. Много позже это египетское представление проникло в иудейскую религию, а затем в христианство и ислам. Глава первая библейской книги Бытия начинается так: 1. "Вначале бог сотворил небо и землю. 2. Земля же была безвидна и пуста, и темна над бездной, и дух божий носился над водой". Нетрудно видеть, что в этих двух лаконичных стихах содержатся в сжатом виде некоторые основные положения египетских космогонии.

Очень рано Амон начинает приобретать характер общественной силы, от которой зависят судьбы отдельных людей и египетского государства в целом. Возвышение Амона, как уже отмечалось, органически связано с возвышением сначала XII династии, а потом, после Второго переходного периода, периода раздробленности Египта и захвата его северной части гиксосами, - XVIII династии (и даже конца XVII), изгнавшей гиксосов за пределы страны и создавшей египетскую империю. Победы, военные и политические, рассматривались как дар фиванского бога фараонам-завоевателям. Нагляднее и ярче всего об этом говорит текст (начертанный в XV в. до н.э. на великолепной стеле, стоявшей в Карнаке и теперь хранящейся в Каирском музее), содержащий речь самого бога Амона, обращенную к своему божественному и царственному сыну, фараону-завоевателю, Тутмосу III: "Говорит Амон-Ра, владыка Карнака... я даю тебе мощь и победы над всеми чужеземными странами... Я ниспровергаю твоих врагов под твои сандалии... я отдаю тебе землю во всю ее длину и ширину, жителей запада и востока под твою власть... Я твой путеводитель, так что настигаешь их...» и т. д. Таким образом, бог Фив Амон-Ра - это не только демиург, создатель богов и людей, но и создатель египетской империи, дарящий победы и завоевания египетскому царю, владыка фараона и его армии, божественный инициатор и организатор египетской агрессии за пределами Египта. Фараоны XIX династии Сети I и Рамсес II приказали воспроизвести текст "Гимна", каждый для себя.

Мотивы победоносной войны от имени и во славу Амона-Ра звучат во множестве самых разнообразных текстов. В знаменитой "Поэме Пентаура" неизвестного автора описывается военная доблесть Рамсеса II в борьбе против хеттов. Фараон окружен бесчисленными врагами, ему грозит неминуемая гибель. И вот он обращается с молитвой к своему божественному отцу, Амону-Ра: "Что беспокоит тебя, отец мой Амон? Разве надлежит отцу пренебрегать сыном? Разве я предпринял что-нибудь значительное без тебя? Я не ослушался ни одного твоего приказания. О сколь велик великий владыка Египта, позволяющий чужеземцам приблизиться к нему", и т. п. Окончив молитву, Рамсес II видит рядом с собой самого Амона-Ра. "Я с тобой, я твой отец, моя рука с тобой, я [один] полезнее, чем сотни тысяч людей. Я владыка побед, любящий доблесть", - произносит он. За этим следуют слова Рамсеса II - он уподобляет себя богу Монту (сравнивать себя с "отцом" Амоном Рамсес II, естественно, не смеет).

Таким образом, фараоны, начиная с XVIII династии, вполне сознательно объявляли Амона-Ра богом-покровителем, защитником фараона и его войск, защитником страны, при этом милости Амона-Ра распространялись не только на-самого фараона, но и на его окружение - на господствующий класс, на войско. Во времена Рамсеса II существовали четыре подразделения войск (полки, дивизии и т. п., как их нередко называют в нашей литературе), носившие имена четырех великих божеств: Амона, Ра, Пта и Сутеха. Это свидетельствует о том, что великие божества, в том числе и Амон, стали олицетворять не только природные, но и общественные силы. Божество, покровительствующее войску, естественно, проявляло благосклонность не только к военачальникам (хотя к ним в первую очередь), но и к воинам, представляющим простой народ.

Так, культ Амона, носивший государственный характер, начинает по-своему преломляться в сознании народных масс. Источники, свидетельствующие об этом, немногочисленны (их около 150) и относятся ко времени правления XIX династии (приблизительно 1300-1200 гг. до н.э.). Адресованы они Амону и другим божествам. По содержанию и по стилю эти тексты резко отличаются от множества других дошедших до нас текстов - здесь звучат ноты страдания, мольба о помощи, призыв к милосердному и справедливому божеству, которым оказывается "царь всех богов" Амон-Ра. Некоторые исследователи сближают эти тексты с библейскими псалмами. Часть этих текстов представлена несколькими папирусами в Британском музее, часть - заупокойными стелами из некрополя Фив, хранящимися в музеях Лондона, Турина и Берлина. Тексты в значительном количестве изданы А. Эрманом. Специальное исследование в русле истории египетской религии им посвятил Б. Ганн. Наиболее полное представление о характере этих текстов дает приводимый ниже перевод отрывков из текста, начертанного на стеле чертежника Небра я сына его шисца Хай, воздвигнутой ими в честь Амона (в тексте выражается благодарность богу за то, что он даровал выздоровление от какой-то болезни Нехтамону, другому сыну Небра и брату Хай). Стела хранится в Берлинском музее (№ 23077), найдена она в фиванском некрополе, в одном из небольших кирпичных храмиков, в которых молились служащие и рабочие некрополя. "Амон-Ра, владыка Карнака, великий бог Фив, благой бог, внимающий молитвам, который отзывается на призыв угнетенного, который дает дыхание жизни тому, кто несчастен". Небра и Хай провозглашают славословие Амону: "Славословие Амону, я создам гимны во имя его, я вознесу хвалу ему до небес и во всю ширь земли. Я провозглашу его мощь тому, кто направляется вниз по реке, и тому, кто направляется вверх по реке.

Знайте его! Возвещайте о нем сыну и дочери, большому и малому. Расскажите о нем последующим поколениям и тем, кто еще не существует. Расскажите о нем рыбам в реке "птицам в небе. Возвестите о нем не знающему и знающему его. Провозглашайте его!".

В школьных прописях, по которым занимались будущие писцы, содержатся образцы молитв, обращенных к Амону (папирус Болонья № 1094, 2, 4-7, папирус Анастаси IV,. 3.2-4.1; 10.2-8). Одна из этих молитв во здравие и благополучие друга (папирус Анастаси IV, 3.2-4.1), в другой, что очень интересно, заключена просьба к Амону о защите на суде от несправедливого приговора (папирус Анастаси II,. 8.6-9.1) и т. п. Словом, Амон в подобного рода текстах выступает защитником угнетенных и обездоленных.

Если обобщить все сказанное об Амоне (бог-демиург, создавший себя, всех богов, людей, все сущее и самое землю, - начиная с Фив; отец фараона, покровитель и защитник его войска, организатор побед египетского оружия, подчинивший Египту земли чужестранцев), то станет ясно, что это почти - универсальное божество, и вполне понятно, что в народе Амон рассматривался как защитник страждущих и угнетенных. Ему поклонялись в разных частях города Фивы.

О размерах Фив у нас нет точных данных. Гомер пишет: "Град, в котором сто врат, а из оных из каждых по двести; ратных мужей в колесницах на быстрых конях выезжают» (Илиада IX, 383). Здесь выражено лишь общее представление об огромном, по египетским масштабам, городе, что же касается фактической стороны дела, то Гомер допускает ошибку: город никогда не был окружен стеной. Страбон утверждал, что в его "время следы города обнаруживаются на 80 стадий в длину" (География, XVII, С 816). Согласно. Диодору (I, 15), окружность города - 140 стадий. Иначе говоря, территория, на которой находились руины Фив, была: довольно обширной (около 15 км в окружности). И на этой территории было несколько святилищ, посвященных Амону, как и в других городах Египта. В Фивах существовало несколько ипостасей Амона. Амон Луксорский (Аманапет), например, в Карнаке - Амон Великий. Папирус Британского музея № 10335 называет три разных фиванских ипостаси Амона. В повествовании Ун-Амуна о его путешествии в библии говорится об Амоне Дорожном. Ипостаси Амона воспринимались египтянами, по крайней мере жречеством, как разные проявления одного и того же божества. Об этом свидетельствует, между прочим, приведенная К. Зете цитация из одного текста: "Четыре Монту, объединенные в одном" (речь идет о четырех ипостасях бога Монту - в Арманте, Медамуде, Тоде и Фивах). Разные ипостаси, несмотря на некоторые специфически-локальные признаки, объединялись одним именем - Амон, что означает "сокрытый", "невидимый" (наилучшее выражение одного из аспектов Амона - бог воздуха и ветра). Аналогичное явление наблюдается во Франции (католическая "божья матерь" предстает в облике разных богородиц в различных часовнях) или в России (Казанская богородица, Иверская и др.).

Амон изображался как антропоморфный бог, окрашенный в голубой цвет (цвет неба), и только в луксорской своей ипостаси (Аманапет) он представал, подобно Мину коптосскому, итифаллическим богом. Священными животными Амона были гусь и овн. Можно без преувеличения сказать, что в течение веков Амон (или Амон-Ра) был в египетском религиозном сознании главным богом, стоявшим выше всех других богов. Значительная часть добычи, захваченной в победоносных войнах и походах, приносилась царем в дар этому богу, т. е. фактически становилась собственностью храмов. Об этом говорят многие тексты, и в первую очередь папирус Харрис I. Величие и значение бога зиждилось на экономической и политической мощи Фив (результат многолетних захватнических войн). Но вот гегемония Фив в Египте окончилась в силу совокупности исторических факторов, а единство страны нарушилось. В Фивах правили верховные жрецы Амона, в Нижнем Египте - фараоны XXI династии, резиденцией которых был Танис. Экономическая основа религиозного авторитета Амона оказалась глубоко подорванной. Но идеология (а значит, и религия), возникнув, обретает относительную самостоятельность, значительно отставая в своем развитии от реального хода событий. С упадком Египта и разделением его "а Фиваиду во главе с верховными жрецами Амона и на Нижний Египет под властью XXI династии (это произошло в XI в. до н.э.) поклонники Амона продолжали отстаивать авторитет своего великого древнего бога. Великолепную иллюстрацию этому дает упомянутое путешествие Ун-Амуна в Библ.

Ун-Амун, "старейшина врат" (жреческая должность храма Амона в Фивах), был послан в финикийский Библ, чтобьв доставить оттуда "строительный лес для великой священной ладьи Амона-Ра, царя богов". Это было сделано в соответствии с многовековой традицией: в Египте не было высококачественного леса, и египтяне издавна ввозили лес из Ливана - для использования его в культовых целях, - до времен Ун-Амуна они были фактически хозяевами в Ливане. С трудом добившись приема у правителя Библа, Ун-Амун, посланец верховного жреца бога Амона, слышит от ливанского правителя не особенно теплые слова: "Чекер-Баал - не раб Ун-Амуна, он не раб того, кто послал Ун-Амуна к Чекер-Баалу, уже давно египтяне увозят лес из Ливана в Египет лишь. за наличный расчет". Ун-Амун держит ответную речь о величии Амона, всячески пытаясь восстановить пошатнувшийся престиж Амона в чужой стране. В самом же Египте экспансия авторитета Амона продолжалась (в силу инерции). Верховные жрецы Амона в Фивах придали Амону-Ра, "царю" богов", хтонические функции: они объявили его владыкой загробного мира, завершив этим универсализацию бога.

От времени правления этих жрецов в Фиваиде дошли два очень важных и интересных с точки зрения истории религии: документа. Это два "указа" бога Амона-Ра - один в пользу покойной Несхонс, другой - в пользу ее мужа, верховного жреца Амона-Ра, Пинутема II. Содержание "указов" впервые раскрыл В. Шпигельберг. "Характерно для царей XXI династии, происходивших из клира фиванского Амона, что они приписали этому всемогущему богу, по воле которого, как они. считали, они были облечены властью, функции, не обеспечивающие благополучие в загробном мире. Именно в этом и заключается содержание указов, которые были впервые опубликованы Масперо, указов, исходящих от "царя" богов Амона-Ра, великого изначального бога". Эти указы имели своей целью "обожествить" умерших членов царской семьи, т. е. предоставить им в загробном мире соответствующую их положению жизнь. Точно так же и статуэтки - ушебти нуждаются в специальном указе, чтобы иметь возможность. выполнять необходимые в загробном мире для Несхонс работы. Таким образом, фиванский бог выступает здесь в качестве бога умерших вместо Осириса".

Так завершилась универсализация Амона-Ра, "царя богов". Но как бы ни была сильна пропаганда той или иной?

"формы идеологии или религии, она безуспешна, если эта форма не соответствует реальному положению вещей, а следовательно, обречена на исчезновение. Так случилось и с .культом Амона-Ра. На передний план выдвинулись иные египетские божества, ибо в ходе истории возвысились другие номы и города, и божества именно этих номов и городов стали .властителями дум верующих.

Надо сказать, что на протяжении всей своей истории Амон (или Амон-Ра) не страдал от одиночества. В Фивах, а затем и вообще в Египте ближайшими к нему божествами "считались члены его триады: жена - богиня Мут и сын - бог Хонсу.

Мут была локальной богиней тотемистического облика (богиня-коршун) озера Ашеру, чуть южнее Карнака, обычно изображавшаяся как женщина. Мут не имела характерных признаков, как и большинство египетских богинь, и нередко представлялась то как Сехмет, богиня Мемфиса, то как Бастет, богиня Бубаста. Иногда же в качестве жены Амона выступала богиня Амаунет, упоминаемая вместе с Амоном в "Текстах пирамид" и входившая вместе с ним в гермопольскую огдоаду.

Гораздо ярче фигура бога Хонсу. В "Текстах пирамид" он упоминается как лунный бог с довольно свирепым характером. Как член триады Амона и как его сын, Хонсу назывался "Хонсу в Фивах, прекрасный ликом» и имел свой собственный храм. Хонсу также имел несколько ипостасей с культом как в самих Фивах, так и в других городах. Наибольшей популярностью пользовался "Хонсу, определяющий судьбу", тот самый, о посылке идола которого в страну Бахтан рассказывается в так называемой стеле Бентреш. Напоминаю читателю, что этот текст содержит повесть о том, как "Хонсу в Фивах, прекрасный ликом» отрядил свою ипостась в далекую страну Бахтан, чтобы вылечить по просьбе царя больную царевну Бентреш: местные лекари не могли этого сделать. В повести рассказывается о путешествии из Фив чудотворной статуи "Хонсу, определяющего судьбу", его пребывании в стране Бахтан и излечении принцессы и, наконец, о возвращении бога на родину. Итак, в данном случае "Хонсу, определяющий судьбу" как бы "выездная" ипостась Хонсу (ср. Амона Дорожного в Ун-Амуне), обладавшая свойствами целителя.

У фиванского Амона была своя эннеада, как и у гелиопольского Ра. В лейденском гимне этому божеству говорится: "Эннеада была частью твоих членов... все боги были объединены с твоим телом" (IV, 1-8). Таким образом, фиванская эннеада происходила от Амона, была плотью от плоти его. Эта эннеада, как и гелиопольская, обозначалась словом psdt ("девятка", "эннеада"), хотя в состав ее помимо девяти гелиопольских божеств входили Хатхор и Хор и некоторые божества Арманта. Называлась эта эннеада не фиванской, а великой эннеадой Карнака ( Iptswt psdt).

Из других фиванских культов надо назвать культ богини Таурт в образе гиппопотама и богини Ипет, являющейся, по существу, ипостасью Таурт. Обе богини отождествлялись с богиней неба Нут, с Хатхор, с Исидой. Таурт пользовалась почитанием в Фивах (как в западной части города, в некрополе, среди рабочих и служащих, так и в восточной) в течение ряда веков, включая греко-римское время. Считалось, что она способствовала благополучным родам, женской плодовитости, а следовательно, была близка каждой семье. Таурт в цикл Амона не входила и была, вероятно, одной из исконных в Фивах локальных богинь.

Нельзя обойти молчанием и локальную богиню фиванского некрополя Мертсегер, что значит "любящая молчание". Она была воплощена в образе змеи и имела второе имя Дех-нет-Аментет (Вершина Запада) - скалистая вершина западного горного хребта, возвышавшаяся над некрополем, считалась еще одним воплощением богини. Мертсегер была, естественно, покровительницей и защитницей умерших, но и живые обращались к ней с молитвами о помощи, в основном рабочие и служащие некрополя. Об этом свидетельствует туринская стела некоего Неферабу.

В фиванском некрополе возник культ обожествленных исторических лиц. Здесь поклонялись фараону Аменхотепу I и его матери, царице Ахмес-Нефертари. Образовалась особая корпорация их почитателей, состоящая главным образом из рабочих и служащих некрополя. Поклонялись и некоему Аменхотепу, сыну Хапу, которому фараон Аменхотеп III воздвиг заупокойный храм. Позже, в греко-римское время, в фиванский некрополь был занесен культ мемфисского Имхотепа.

 

М. А. Коростовцев "Религия Древнего Египта"
Москва, 1976 г.



Рейтинг@Mail.ru

|ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА САЙТА БЛИЖНИЙ ВОСТОК|