РЕЛИГИЯ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА


 

АБИДОС, ОСИРИС И ИСИДА

Абидос (греч., др. - егип. Абджу, коптск. Эбот, араб. Эль-Араба-эль-Мадфуна) расположен немного южнее современного Бейт-Халлафа, на западном берегу Нила, недалеко от кромки Ливийской пустыни. Главным городом нома, куда входил Абидос, был Тинис. Вокруг Абидоса лежала территория, на которой задолго до объединения Египта возникла доисторическая культура - так называемая культура Накада (Накада I и Накада II - соответственно амратийская и герзейская культуры).

Француз Амелино (1895 г.), а затем знаменитый Фл. Питри (1899 г.) производили раскопки в местности Умма-эль-Кааб (по-араб. "мать горшков" - название дано в связи со скопищем здесь огромного количества обломков горшков), расположенной приблизительно на расстоянии 1,5 км к западу от Абидоса. Были обнаружены до тех пор совершенно неизвестные гробницы фараонов первых двух так называемых тинисских династий.

Древнейшим известным местным божеством в Абидосе был Хентиментиу ("предводитель западных", т. е., по сути дела, "царь умерших"), изображавшийся в виде собаки. В Абидосе обнаружены остатки храма, где отправлялся его культ. В эпоху Среднего царства в Абидос проник культ Осириса, поглотившего и вытеснившего древнего Хентиментиу.

Осирис и его жена богиня Исида являются, несомненно» самыми важными и колоритными фигурами египетского пантеона, а легенда о них, по словам Б. Тураева, - "главным мифом египетской религии, занимающим центральное место во всей культуре египтян". Об Осирисе существует объемистая исследовательская литература, содержащая немало противоречивых суждений и выводов, которые разбирать здесь или хотя бы перечислять излишне. Необходимо, однако, вкратце сказать, во-первых, о том, что нам известно из сохранившихся источников об этих божествах, во-вторых, о том, какие выводы делает современная наука на основании этих источников, ибо без этого невозможно понимание египетской религии.

И еще одно предварительное замечание: облик Осириса как божества очень сложен и представляется, "по существу, до сих пор еще полностью не вскрытым и не проанализированным". Эти слова были написаны М. Э. Матье в 1952 г. В настоящее время положение несколько изменилось к лучшему, однако полной ясности в том, как возник образ Осириса, все же нет.

Несколько слов об источниках, содержащих материал об Осирисе. Это уже неоднократно упоминавшиеся "Тексты пирамид", "Тексты саркофагов", "Книга мертвых", гимны Осирису на стеле С-286 Лувра, сказка о Хоре и Сетхе, папирус Бремнер-Ринд, где имеется плач Исиды и Нефтиды по умершему Осирису; стела, известная в науке под названием "Гор на крокодилах", содержащая две интересные информации: об Исиде и семи скорпионах и о пребывании Исиды и ее сына Хора в болотах Дельты; стелы сановников Ихернефрета, Ментухотепа, Схеменебра, фараона Неферхотепа и ряд других стел с меньшим объемом информации. Нельзя не упомянуть также и "Памятник мемфисской теологии", о котором говорилось в главе о Мемфисе и боге Пта, а также рамессейский драматический папирус (речь о нем пойдет далее). Перечисленные и другие египетские тексты содержат весьма интересный, высокоинформативный, но, к сожалению, фрагментарный материал об Осирисе (и Исиде). Ни в одном египетском памятнике нет связного, последовательного изложения мифа об Осирисе. Тем не менее этот миф хорошо известен из знаменитого сочинения Плутарха "Об Исиде и Осирисе", написанном уже в начале нашей эры, в I в. Миф (гл. 12-21) снабжен подробным и, несомненно, очень интересным комментарием (гл. 1-11 и 22-80), в котором Плутарх предпринял попытку осмыслить египетский миф в соответствии с греческими, естественно, представлениями того времени в разрезах рационалистическом, демонологическом, физическом, астрономическом, философском (Платоновская академия), дуалистическом и, что особенно интересно для египтологии, истолковать Осириса и его сына Харпократа как божества растительности. Изложение самого мифа занимает в произведении Плутарха сравнительно немного места. Суть его сводится к следующему. У богини, которую Плутарх называет греческим именем Рея, от тайной связи с богом, которого он называет греческим именем Кронос, родилось пять детей. Этих детей Плутарх называет уже не греческими, а египетскими именами. Все они родились в последние пять дней года, в дни, не входящие ни в какой месяц. В первый из этих дополнительных пяти дней родился Осирис, и голос с неба возвестил о рождении владыки, во второй день родился Харур (Хор Старший), в третий - Тифон (так Плутарх называет египетского бога Сетха), в четвертый - Исида, в пятый - Нефтида.

Из пяти божеств, рожденных Реей и Кроносом, - братьев и сестер - особенно близкими были Исида и Осирис, полюбившие друг друга еще во чреве матери. Взойдя на престол, Осирис стал усиленно заботиться о своем народе. Именно он приобщил народ к культуре, очаровал и подчинил себе людей своей музыкой. Но Осирис заботился не только об египтянах, он странствовал по всей земле, неся людям блага культурной жизни, освобождая их от тьмы варварства. Во время странствований Осириса его возлюбленная жена и сестра Исида обеспечивала в Египте порядок и спокойствие. Но тайная смута против благодетельного и доброго Осириса все же возникла; ее возглавил родной брат Осириса Тифон, завидовавший его авторитету и популярности. Однажды Тифон (Сетх) и 72 его единомышленника устроили вернувшемуся из очередного странствия Осирису торжественную встречу. Было объявлено, что великолепный, очень ценной работы сундук достанется тому, кому он придется по росту. Желающие получить подарок ложились в сундук, но он не приходился им по росту. Но вот в него лег Осирис, и, ко всеобщему изумлению, сундук оказался как бы специально сделанным для него (сундук и в самом деле был изготовлен по росту Осириса). Тифон (Сетх) и его шайка злодеев немедленно захлопнули крышку, забили ее гвоздями и по Танитскому рукаву Нила спустили сундук с Осирисом в море. Море выбросило сундук на берегу финикийского города Библа, и здесь произошло чудо: из сундука выросло вдруг великолепное дерево, скрыв его своими корнями. Прибывшая Исида освободила сундук с останками Осириса от корней и доставила его в Дельту, укрыв в болотах близ города Буто, где находился сын Осириса Хор. Но неугомонный и злобный Тифон (Сетх) добрался и сюда. Он извлек из сундука тело Осириса и рассек его на 14 частей, которые разбросал по всему Египту. Неутешная Исида разыскала все части тела мужа, за исключением фаллоса, проглоченного нильской рыбой. Каждую часть тела она хоронила там, где находила ее - отсюда множество погребений Осириса по всему Египту. Так закончилась жизнь царя-бога Осириса на земле. Это произошло на двадцать восьмом году его царствования. Однако Осирис вернулся из преисподней и подготовил своего сына Хора к отмщению. Хор начал неутомимую и длительную войну против Тифона (Сетха) и его союзников и в конце концов победил их всех, завладев троном отца. Таково содержание мифа, по Плутарху.

Версия Плутарха совпадает в основном с мифологическими и религиозными представлениями египтян об Исиде и Осирисе, отраженными в подлинных египетских текстах; правда, тексты эти много богаче, в них представлено большее разнообразие мифологических эпизодов и, может быть, вариантов мифа, оставшихся неизвестными Плутарху или опущенных в его скупом повествовании. Так, например, в рассказе Плутарха нет ни слова о том, что Исида зачала своего сына "Хора-дитя" от уже умершего Осириса, отсутствуют подробности, порой очень интересные, о смертельной схватке между Хором и Сетхом, об оживлении умершего Осириса Исидой, о его мумификации и т. п.

Бог Осирис, как и миф о нем, многоаспектен.

Совокупность данных, сообщаемых Плутархом (произрастание дерева из сундука на берегу у Библа, комментарий об Осирисе как о боге растительности) и древнеегипетскими текстами, в которых Осирис уподобляется зерну или хлебу, несомненно, свидетельствует о том, что Осирис в представлении египтян связывался с растительным миром. "На эту же связь Осириса с зерном указывают и очень интересные предметы, находимые при раскопках: это - полотно, натянутое на раму с ножками, на котором лежит сделанное из дерева контурное изображение Осириса, заполняемое землей с посеянными зернами. Последние, быстро взойдя, давали зеленеющий силуэт Осириса". Осирис "прорастал".

Иконография Осириса (в большинстве случаев он изображался с каким-то растением) также свидетельствует о том, что Осирис имел одной из своих божественных функций функцию бога растительности. Косвенно это подтверждается и тем, что в ряде текстов Осирис тесно связан с Нилом, а в некоторых случаях выступает как его олицетворение. Так, уже в "Текстах пирамид" (Руr., § 589) об Осирисе говорится как о "новой воде" (имеется в виду разлив реки).

Из совокупности всех данных - египетских источников и Плутарха - ярко выступает облик Осириса как царя преисподней, верховного судьи в загробном мире. Именно этот аспект Осириса определяет его сущность. Следует особо подчеркнуть, что в египетских текстах Осирис никогда не выступает как символ живого, правящего фараона - последний становится Осирисом, сливается с этим богом лишь после физической смерти. Правящий фараон, как уже отмечалось, являлся олицетворением сына Осириса Хора, отомстившего за смерть отца и наследовавшего его престол. Умерший же фараон никогда не назывался Хором и не уподоблялся ему. Итак, каждый живой и правящий фараон - это Хор (но никак не Осирис!), а умерший фараон - это Осирис (но никак не Хор!). В текстах эти различия строго соблюдаются.

У Осириса были и другие аспекты: то он выступает в облике лунного божества, то в виде созвездия Орион, то отождествляется с другими богами: с Харсафесом, с богом зерна Непри, с богом Сепа, с богом Пта и, конечно, с богами потустороннего мира - Сокаром, Упуаутом и некоторыми другими. Но еще до наступления эпохи Нового царства начинают определяться черты Осириса как вселенского бога. Гимн Осирису на стеле Амонмеса, начальника стад бога Амона (XV в. до н.э.), начинается словами: "Слава тебе, Осирис, владыка вечности, царь богов!".

В начале XX в. в среде египтологов распространился взгляд на Осириса как на бога растительности в основном. Очень значительную роль в распространении этого взгляда сыграл крупный английский ученый-этнограф (не египтолог!) Фрезер, автор объемистого, широко известного труда под названием "Золотая ветвь". Два тома своего труда, озаглавленные "Адонис, Аттис, Осирис", автор посвятил сравнительному исследованию древнейших религий Египта и Западной Передней Азии. Основной тезис Фрезера состоит в том, что Адонис, Аттис и Осирис олицетворяют великие ежегодные перемены в природе. Указывая на многоас-пектность Осириса, автор подчеркивает необходимость выявления древнейших представлений об этом божестве. Труд маститого этнографа произвел сильное впечатление и на египтологов, многие из которых особо подчеркивали значение Осириса как бога растительности. Английский египтолог Хорнблауэр, например, отстаивал мнение, что Осирис - бог растительности. И это спустя много лет после того, как А. Гардинер опубликовал рецензию на книгу Фрезера. Со свойственной ему ясностью и строгостью мысли, опираясь на исключительное знание египетских текстов и памятников, Гардинер доказал, что основное положение Фрезера-Осирис прежде всего бог растительности - несостоятельно, что Фрезер не сумел обосновать, как и почему Осирис, бог-царь, трагически погибший, вдруг оценивается как бог растительности. А. Гардинер указывает, что другие египтологи, в частности А. Морэ и М. Меррэй, выдвинули интересное предположение. Исходя из многочисленных африканских аналогий богу Осирису, которые приводит Фрезер в своем труде и которые, кстати, высоко оцениваются А. Гардинером, А. Морэ и М. Мёррэй считают связь умершего бога-царя с растительностью органической: у множества африканских племен представление о вожде (о "царе") связано с его магическими возможностями воздействия на процессы природы, вождь ("царь") как бы гарантирует племя от неурожая и голода. "Согласно представлениям, широко распространенным у многих племен, вождь считается магическим средоточием производительных сил природы. Он ответствен, таким образом, за хороший урожай посевов, за обильный приплод скота, за плодородие женщин племени...".

Именно таким образом объясняются функции Осириса как бога растительности, которые являются вторичными относительно его основного аспекта бога-царя.

В связи с этим предпринимались попытки найти "историческое зерно" в мифе об Осирисе. Делались предположения, что в глубоком доисторическом прошлом страны Осирис был реальной человеческой личностью - вождем или "царем". Нечего и говорить, что такие попытки не имеют ни малейшего научного основания. Подобный евгемеризм не заслуживает серьезной научной критики. Тем не менее весьма авторитетные ученые, внесшие огромный вклад в науку, становились порой на этот весьма скользкий путь. Так, например, сам К. Зете высказывал мнение, что Осирис - один из древнейших правителей Египта, впоследствии обожествленный. Ту же ошибку допустил и X. Кеес в двух своих очень ценных монографиях. Более того, X. Кеес утверждал, что и А. Гардинер якобы разделяет высказанную им точку зрения. Это обстоятельство побудило последнего публично заявить: "Я решительно отвергаю эту точку зрения, которую считаю в высшей степени невероятной". А. Гардинер подчеркнул, что он нигде и никогда ничего подобного не высказывал, и утверждал лишь, что Осирис является «персонификацией умерших царей".

Этот краткий экскурс в историю современной науки был необходим, чтобы оградить неискушенного читателя от упомянутых ошибок X. Кееса при чтении его, в общем, очень ценных и важных трудов.

Осирис и Исида не были искони локальными божествами Абидоса. Представления египтян об Осирисе уходят своими корнями в глубокую доисторическую древность. У некоторых ученых (например, у вышеназванного английского египтолога Хорнблауэра) под влиянием упомянутого труда Фрезера сложилось мнение, что Осирис не исконное египетское божество, а "пришелец" из Передней Азии. Эта точка зрения ни в коей мере не подтверждается конкретными данными. Наоборот, все свидетельствует о том, что миф об Осирисе чисто египетского происхождения. Бытовавшее в свое время мнение, якобы имя бога неегипетское, также несостоятельно. К этим соображениям Дж. Гв. Гриффиса и его рецензента Р. О. Фолкнера следует добавить, что приблизительно одинаковые природные условия при типологически сходных общественных структурах, естественно, порождают сходные мифологические представления. Нет оснований постулировать факт заимствования египтянами переднеазиатских мифологических сюжетов, тем более что отсутствуют конкретные данные, указывающие на такое заимствование.

Осирис неоднократно упоминается в "Текстах пирамид". Как уже было сказано в главе о Гелиополе, "Тексты пирамид" представляют собой сборник текстов гетерогенного характера, возникших к тому же в разное время, но доминанта в них, несомненно, гелиопольская: Осирис входит в гелиопольскую эннеаду, возглавляемую Ра. Вместе с тем в тех же текстах (Руr., § 350, 1267) говорится о враждебности Осириса культу Ра. Таким образом, налицо две тенденции: первая - Раи Осирис враждебны, вторая - Осирис - член гелиопольской эннеады, возглавляемой Ра. Вторая тенденция явно более поздняя, ибо она проходит красной нитью по всем "Текстам пирамид" и прочно бытует в более поздние эпохи. К сожалению, нам ничего не известно о первой, более древней тенденции и о том, каковы были представления об Осирисе, но совершенно ясно, что вторая тенденция, к которой, несомненно, приложили руку теологи Гелиополя, преодолела и подавила вторую. Когда и как это произошло - неизвестно.

В заупокойных текстах частных лиц мемфисского некрополя (конец эпохи Древнего царства) Осирис нередко назван "владыкой Бусириса". Это, безусловно, указывает на связь Осириса как бога умерших с Бусирисом. Итак, уже во времена Древнего царства Осирис приобрел эпитет "владыка Бусириса", разделив судьбу многих египетских богов, которых почитали издавна и в Нижнем и в Верхнем Египте. Решить вопрос, где именно "родина" Осириса, очень трудно, если вообще возможно. Но судя по традиционной иконографии Осириса, бог неизменно изображается в верхнеегипетской высокой белой короне, он все же "выходец" из Верхнего Египта.

Осирис упоминается как в "Текстах пирамид", так и в надгробиях вельмож V-VI династий, следовательно, его культ как божества преисподней начинает приобретать значение именно в то время (вернее, происходит письменная фиксация этого явления). Несомненно, однако, что возник культ значительно раньше. В частности, Р. Антее допускает, что миф об Осирисе сложился приблизительно на 600 лет раньше, чем были записаны "Тексты пирамид", - это уводит нас к рубежу III и IV тысячелетий до н.э.

В "Текстах пирамид" содержится и древнейшая известная науке версия мифа об Осирисе (Руr., § 1008). Здесь нет его последовательного изложения, но из многочисленных отрывков он восстанавливается в следующем виде: царь Египта Осирис был убит своим братом Сетхом. Убийство произошло в местности Недит (или Гехести), близ Бусириса. Исида вместе с другой сестрой Осириса, Нефтидой, нашла его тело. Магическим даром великой волшебницы Исида временно вернула жизнь покойному мужу и зачала от него сына Хора, которого воспитала в болотах Дельты, в укромном месте. В Гелиополе под председательством Геба собрались боги разобрать преступление Сетха, который отрицал свою вину. Законным наследником Осириса на троне Египта боги признали возмужавшего Хора, сына Осириса. В мифе имеется вставной эпизод об Оке Хора: во время битвы между Хором и Сетхом последний вырвал Око у Хора, но позже Хор отобрал его у Сетха.

В известном уже "Памятнике [мемфисокой теологии", о котором шла речь в главе о Мемфисе и боге Пта, также содержится версия мифа об Осирисе. Памятник создан во времена XXV династии по приказу фараона Шабаки, но, как уже отмечалось, его текст восходит к Древнему царству. В этой версии мифа нет упоминания о насильственной смерти Осириса. Происходит ссора между Хором и Сетхом. Геб назначает Сетха царем Верхнего Египта, а Хора - царем Нижнего Египта. Но затем Геб меняет свое решение и отдает во владение Хору всю страну. Хор таким образом становится царем всего Египта. Тонет Осирис, отец Хора. Хор при помощи Исиды и Нефтиды извлекает тело утопленника из воды на берег Нила неподалеку от Мемфиса.

Эта версия мифа, по-видимому, не получила широкого распространения, уступив первенство той версии, в которой Хор, Исида и Нефтида являются носителями нравственного, а не ритуального начала: Хор - воплощение сыновней преданности и мужества, Исида - самоотверженная жена и мать, Нефтида - любящая сестра. Именно этот вариант вошел в мистерии Осириса времени Среднего царства и был распространен в более поздние времена.

Как уже говорилось, Осирис начинает приобретать влияние в египетской религии в конце эпохи Древнего царства. До этого времени гелиопольские представления о солнечном боге Ра доминировали в религиозном мышлении египтян. Но уже во времена Среднего царства Осирис не только бог загробного мира, но и "властитель дум". Об этом свидетельствуют данные о мистериях Осириса в Абидосе, которыми располагает наука.

Сюжет этих драматических религиозных представлений составляли "страсти" Осириса - эпизоды его жизни, его страдальческая смерть. Актерами были жрецы. Даже один фараон XIII династии, по имени Неферхотеп, принимал как действующее лицо участие в мистерии Осириса, о чем говорится в составленной им надписи. Наиболее раннее упоминание об этих мистериях содержится в стеле некоего Ихернефрета, посланного фараоном Сенусертом III на девятнадцатом году его царствования (приблизительно 1859 г. до н.э.) для ревизии абидосского храма и происходивших там мистерий. "Из его автобиографии видно, что мистерии состояли из следующих обрядов. 1) Выход Вепуата. Идол шакала на шесте выносился из храма. Он указывал путь Осирису и был его первым бойцом. 2) Выезжал сам Осирис на своей барке, поражая врагов. На корабль нападали "враги"; верховный жрец и свита отражали их. 3) Далее следовал таинственный "великий выход", во время которого Осирис был убиваем Сетхом. Следовал плач. 4) Тот перевозил тело Осириса в барке. 5) Духовенство приготовляло тело к погребению и перевозило на барке в местность Пекер, где его погребали. 6) Совершалась расправа над "врагами" Осириса на месте его убиения в местности Недит. 7) Ликование и перевезение идола ожившего Осириса в его храм в Абидосе. - Нередко в абидосских надписях можно встретить желания покойных видеть "красоты Вепуата при первом выходе" или "поклониться Осирису Хентиементиу ("вождю западных") при его "великом выходе". Подобные же мистерии справлялись, конечно, и в Бусирисе, и вообще во многих храмах, особенно в поздние времена, когда почти везде, в Фивах, Дендере, Эдфу и т. п., были устроены отделения для культа Осириса". Таким образом, мистерии Осириса пользовались популярностью и, несомненно, оказывали идеологическое воздействие на зрителей.

Но были мистерии и другого типа. "Важнейшим документом, проливающим яркий свет на значение религии Осириса-Гора в связи с культом умершего и живого фараона (этой проблеме посвящены специальные разделы книги. - М. К.), является папирус с текстом коронационных мистерий Сенусерта I. Наряду с изображениями, иллюстрирующими все основные моменты мистерий, папирус содержит текст речей действующих лиц, подобие сценических ремарок и перечень главнейших аксессуаров...

Центральной фигурой мистерий является молодой фараон, который выступает в роли Гора и вокруг которого происходит все действо. В противоположность Гору, Осирис не произносит ни звука в течение всех мистерий, что, наряду с другими фактами, дает возможность предположить, что безгласную роль Осириса выполняет мумия умершего фараона. Главным моментом мистерий является коронация молодого фараона - Гора, заключением же - погребение Осириса.

Несмотря на то что папирус датируется XX веком до н.э. (это так называемый драматический папирус Рамессеум. - М. К-), записанный на нем обряд мистерий восходит, несомненно, к древнейшим временам, на что указывают анализ и язык текста и самого обряда. Таким образом, этот папирус свидетельствует о том, что уже в глубочайшей древности культ Осириса был культом умершего царя, равно как культ Гора - культом царя живого". Папирус Рамессеум образцово издан и изучен К. Зете.

Как видно из приведенных фактов, Осирис в мистериях представляет собой именно бога-царя, невинно пострадавшего за людей, но никак не бога растительности.

Надо обратить внимание и на то, что "воскрешение" Осириса весьма условно. Он не возвращается к земной жизни; на троне Египта его сменяет сын Хор. Осирис же, "утомленный сердцем" (wrd ib) в результате гонений и перенесенных страданий, становится царем .в потустороннем мире, судьей умерших. Поэтому называть Осириса "умирающим и воскресающим" богом более чем неточно.

Аспект Осириса как бога растительности проявляется в его культе и мистериях значительно позднее, в основном в греко-римское время. Религиозную практику древних египтян в поздние, особенно греко-римские, времена отразил Плутарх в комментарии об Осирисе как о боге растительности. Итак, характер мистерий Осириса меняется, на первый план выступает растительный аспект бога. Фигура умершего Осириса сооружается из ила с предназначенными для прорастания зернами хлебных злаков, или деревянные контуры бога заполняются землей и засеваются (иначе говоря, изображение мертвого с заложенной в нем основой для "воскрешения"). Такое изображение Осириса покоилось в специальном помещении храма. Через год изображение торжественно заменялось новым с восклицаниями "Мы нашли его!", а старое предавалось погребению. Водружение новой фигуры и погребение старой были важнейшими моментами нового типа мистерии. О внутренней связи культа умершего бога-царя с растительностью, устанавливаемой на основании этнографических данных, преимущественно африканских, говорилось выше. Неизвестно, однако, почему сами египтяне осознали и отразили эту связь лишь в мистериях позднего типа - не ранее. Мистерии нового типа приобрели широкую популярность - они разыгрывались при широком участии народа.

Очень интересные сведения содержит стела египтянина Гемнеф-Хор-Бика, жреца бога Осириса в городе Буто в Дельте (греко-римское время): в мистериях Осириса участвовало много людей, и связаны они были с богом плодородия Мином. Сведения об участии египтян в мистериях сообщают Геродот (II, 3, 47-48, 61, 62, 170-171), Плутарх (Об Исиде и Осирисе, 28, 33, 36, 39), Гелиодор (Эфиопика, 260).

Немалую роль в поздних мистериях Осириса играли плачи по Осирису Исиды и Нефтиды. Тексты плачей содержатся в папирусе Бремнер-Ринд (папирус Британского музея № 10188) времени Александра, сына Александра Македонского, в Берлинском папирусе № 3008 (II в. до н.э.) и в очень позднем Луврском папирусе "Книги мертвых" (№ 3079). Тексты плачей различны, но бросается в глаза их общая направленность, а также общность опоэтизированного чувства глубокой скорби и отчаяния.

Из содержания текстов папирусов Британского и Берлинского музеев следует, что это были ритуальные тексты, исполняемые двумя жрицами, на плечах у которых были написаны имена Исиды и Нефтиды.

Ритуальные тексты мистерий Осириса позднего времени сохранились как. на стенах храмов, воздвигнутых в греко-римское время, так и в папирусах. Потому нам известно, что «произносилось и совершалось в каждый час дня и ночи у тела "Благого" (т. е. Осириса. - М. К.}, какие боги охраняли его покой, какие формулы возглашал херихеб, какие причитания пели жрицы, какие его сестры и другие богини - плакальщицы". Изданием и исследованием этих текстов наука обязана X. Юнкеру.

Как уже было отмечено выше, характер мистерий Осириса менялся со времен Среднего царства до греко-римского времени включительно, но основное содержание их осталось прежним: неутешная скорбь по невинно пострадавшему богу, облагодетельствовавшему человечество и павшему жертвой зависти своего брата Сетха. Вместе с тем это было выражением надежды на светлое будущее, неуклонной веры в то, что "благой" Осирис, великий бог, царь преисподней, верховный судья, обеспечит вечную жизнь и блаженство любому смертному, не исключая угнетенных и эксплуатируемых.

Мистерии Осириса разыгрывались в последнюю декаду последнего месяца сезона разлива (месяц хойак - по фиванскому календарю).

Вопрос о причинах (социально-экономических и исторических) превращения Осириса из локального бога преисподней в Абидосе и некоторых других местах во всеегипетское божество вселенского значения будет рассмотрен в разделе о представлении египтян о загробной жизни.

"Возвышение" Осириса отразилось и на Исиде. Эта богиня была "родом", кажется, из местности, которую египтяне называли Пер-Хеби, греки и римляне - соответственно Исайон и Исеум. В настоящее время это Бехбет-эль-Хаггар, расположенный на западном берегу Дамиеттского рукава Нила, в восточной части Дельты, недалеко от Мансура. Здесь остались руины храма богини Исиды, который начал строиться еще до Лагидов и был завершен Птолемеем II Филадельфом. Популярность Исиды в эту эпоху очевидна. Расцвет культа богини наблюдается в районе первого порога Нила.

Исида упоминается уже в "Текстах пирамид" как любящая сестра и беззаветно преданная жена Осириса, убитого Сетхом, как заботливая мать Хора-младенца. Словом, в этих очень древних текстах она предстает как носитель высоких нравственных начал богини-женщины. Это чрезвычайно важный аспект Исиды, который она сохраняет на протяжении всей истории египетской культуры.

Другой ее аспект - "великая волшебница", владеющая магией наравне с богом Тотом (Исида временно оживляет мертвого Осириса и зачинает от него Хора). Способность Исиды - "великой волшебницы" оживить умершего сохраняется в религиозных представлениях египтян вплоть до заката египетской культуры.

Сочетание качеств образцовой жены, матери и "великой волшебницы", а также положение жены Осириса, становившегося все более и более популярным, обеспечило успех и Исиде: из локальной богини поселения Пер-Хеби она превращается во всеегипетскую великую богиню-мать, культ которой распространяется далеко за пределы Египта - во многих странах древнего мира Исида играет роль той же вселенской богини-матери. Римский писатель Апулей (II в. н.э.) в своем знаменитом романе "Золотой осел" вложил в уста ритора Мадавра (Северная Римская Африка), посвященного в таинства Исиды, следующие слова, обращенные к богине: "Ты также святая и вечная спасительница человеческого рода". Кстати сказать, и сам Апулей, весьма склонный к мистицизму, был поклонником Осириса и Исиды. Некоторые вопросы, связанные с культом Осириса и Исиды вне Египта, будут нами рассмотрены в разделе о влиянии египетской религии на религии других стран древнего мира.

Храмы, в которых разыгрывались мистерии Осириса времен Среднего царства, не сохранились. Но в Абидосе до сих пор привлекает внимание ученых и туристов прекрасный заупокойный храм фараона XIX династии Сети I, достроенный его сыном Рамсесом II. Храм представляет наилучший образец египетской архитектуры до греко-римского времени. Он состоял из семи отделений, посвященных божествам: Осирису, Исиде, Хору, Пта, Хармахису, Амоиу и самому Сети I (Хармахис - греческое название одной из ипостасей Хора, а именно большого сфинкса, считавшегося его изображением). Вблизи храма - развалины другого храма, воздвигнутого Рамсесом II также в честь Осириса. Во времена Среднего и Нового царств наблюдается расцвет Абидоса, центра культа Осириса. Считалось, что в Абидосе погребен Осирис (часть некрополя, называвшаяся Пекер), вернее, его голова. Гробницей Осириса числили гробницу одного из царей I тинисской династии - фараона Джера. По окончании эпохи Нового царства блеск Абидоса тускнеет и центр культов Осириса и Исиды перемещается дальше к югу, на острова близ первого порога Нила - Филэ и Бигэ. На Филэ был воздвигнут замечательный храм Исиды, Бигэ стал считаться местом погребения Осириса (его левой ноги).

В Абидосе же вплоть до IV в. н.э. сохранился любопытный пережиток культа Осириса в виде оракула бога Беса, карликового божества из "свиты" Осириса, о чем сообщает римский историк того времени Аммиан Марцеллин.

 

М. А. Коростовцев "Религия Древнего Египта"
Москва, 1976 г.



Рейтинг@Mail.ru

|ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА САЙТА БЛИЖНИЙ ВОСТОК|