РЕЛИГИЯ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА


 

ФАРАОН. ОБОЖЕСТВЛЕНИЕ ЛЮДЕЙ

Роль фараона в египетском обществе, т. е. в реальной, земной жизни, неразрывно связана с его ролью в египетской религии. Эти два аспекта власти фараона не могут быть рассмотрены в отрыве друг от друга. В научной литературе высказано немало разных точек зрения по этой проблеме. Однако нас прежде всего интересует взгляд самих древних египтян на фараона, на его место в обществе и в религии. Основная и наиболее распространенная в науке до недавнего времени точка зрения почерпнута из египетских текстов и состоит в следующем: египтяне якобы верили, что фараон - это божество и, следовательно, народ Египта - находится под началом не человека, а бога. По этому поводу акад. Б. А. Тураев писал: "В Египте с самого древнего времени и до конца египетской культуры верили, что царь - бог"; "Царь - бог при жизни и по смерти... Его божественное достоинство не возбуждало сомнений и требовало этикета, приближающегося к храмовому культу... Имя его не произносилось всуе...". Однако в последнее время эта точка зрения подверглась пересмотру не без серьезных к тому оснований. В данной главе приводится максимально адекватное изложение египетской концепции о природе власти фараона с привлечением результатов новейших исследований и прежде всего замечательной работы крупного французского египтолога Ж. Позенера. Но прежде чем приступить к этому изложению, необходимо сказать буквально несколько слов о происхождении термина "фараон". Помимо египетских текстов этот термин встречается в Библии как видоизмененная форма устойчивого словосочетания двух египетских слов "пер-аа", что значит "дом великий", служившего, начиная с XVIII династии, для метафорического обозначения того, кто живет в "доме великом", т. е. во дворце. Из Библии "пер-аа" проникло и в европейские языки.

В египетских религиозных текстах недвусмысленно подчеркнута божественная природа фараона. Как отметил Б. Тураев, "земной Египет переносил свои условия в мир богов. Эти условия предвечны - боги царствовали, подобно фараонам, имея в лице тоже богов своих визирей и чиновников. И потом бюрократические порядки господствуют в мире богов: эннеада имеет своим секретарем и докладчиком визиря бога Ра-Тота; сам Ра рисуется настоящим фараоном. Конечно, и это не могло не влиять на развитие генотеистических представлений". Иначе говоря, египтяне создали своих богов по собственному образу и подобию, или, точнее, по образу своих царей. Произошло это уже во времена объединенного Египта.

Воображаемые небесные порядки, которые были, в представлении людей, лишь отражением реальных земных порядков, легли в основу доказательства божественной природы фараона, правившего простыми смертными, являвшегося их неограниченным и всевластным повелителем. Фикция божественной природы фараонов зиждется в египетских текстах на следующих положениях: весь мир, боги и люди были созданы, по доктрине Гелиополя, верховным богом Ра. Ра был не только создателем, но и первым повелителем всего сущего, т. е. царем богов и людей, Ра - первый фараон. После него правили другие боги, и вот на престоле мира (мир в данном случае тождествен Египту) появляется сын Осириса и Исиды, бог Хор. Согласно египетской религиозной и исторической традиции Хор - прообраз всех египетских фараонов, а фараоны - его земное воплощение. Каждый реальный фараон считался потомком и Ра, и Хора, а следовательно, был связан с ним и божественными и фамильными узами. Эти представления отражаются в официальной пятичленной титулатуре фараона, окончательно установившейся в конце эпохи Древнего царства и сохранившей свою силу и значение на протяжении всей истории Египта, включая и греко-римское время. Эта религиозно-политическая фикция сыграла огромную роль в египетской религии и политике, всемерно способствуя укреплению непререкаемой власти и авторитета фараона. Огромную роль в становлении этой фикции сыграло жречество Гелиополя во времена V династии.

Рассмотрим пятичленную титулатуру фараона в ее традиционной египтологической интерпретации. Первым членом титулатуры было имя фараона как воплощения бога Хора, включавшего в качестве обязательного компонента имя бога: например, Сенусерта I, фараона XII династии - "Хор, жизнь рождений", Тутмоса III - "Хор, бык могучий, воссиявший в Фивах" и т. д. Вторым членом титулатуры было имя фараона как воплощения "двух владычиц" - богини Верхнего Египта Нехбет (в образе коршуна) и богини Нижнего Египта Уаджет (в образе кобры). У Сенусерта I это имя было тождественно имени Хора - "жизнь рождений", у Тутмоса III оно звучало: "Устойчивое явление Ра". Третий член титулатуры состоял из имени фараона как "золотого Хора". У Сенусерта I это было опять "жизнь рождений", у Тутмоса III - "могучий силой, святой коронами". Четвертый член титулатуры начинался словами: "Царь Верхнего и царь Нижнего Египта", затем в обязательном порядке в картуше следовало личное имя царя Верхнего и Нижнего Египта (у Сенусерта I - Хепер-Ка-Ра, у Тутмоса III - Мен-Хепер-Ра). Пятым членом титулатуры служило, так сказать, "отчество", которое предварялось словами "сын Ра", затем следовало второе имя фараона, также обязательное в картуше, - Тутмос-Нефер-Хепер.

Из приведенных примеров двух пятичленных титулатур - фараонов Сенусерта I и Тутмоса III - нетрудно видеть, что титулатура фараона была теснейшим образом связана с религиозными представлениями. Первый член титулатуры, представляющий фараона как воплощение бога Хора, - древнейший, он налицо в памятниках фараонов I и II династий. Второй член титулатуры отождествляет фараона с "двумя владычицами", т. е. утверждает единую власть фараона над обеими частями Египта: Верхним и Нижним. Причем имеется в виду не просто политическое единство страны, а религиозно-политическое, ибо фараон воплощал богинь. По поводу имени фараона как "золотого Хора" высказывались различные мнения. Не подлежит, однако, сомнению, что это имя какой-то ипостаси бога Хора. И наконец, пятый член титулатуры начинался словами "сын Ра", после которых следовало имя этого сына. Таким образом, из пяти членов титулатуры четыре содержат отождествление фараона с богами. Это означает, что фараон официально объявлялся богом.

В дополнение к фикции божественной природы фараона существовала другая фикция, имевшая целью "доказать" первую. Суть ее состояла в том, что фараон не просто объявлялся "сыном Ра", но и в самом деле был рожден царицей от самого бога Pa, представшего в образе фараона. Эта версия о теогамии возникла, несомненно, уже в эпоху Древнего царства. В знаменитом папирусе Весткар, содержащем сказку о происхождении царей V династии, рассказывается о жреце бога Ра по имени Раусера и его жене Реджедет, которая родила трех мальчиков, но не от своего мужа, жреца, а от самого бога Ра (папирус Весткар 9, 9-10). Возмужав, они положили начало V династии. От более поздних времен, точнее, от XVII династии до нас дошли храмовые тексты и изображения, четко выражающие эту концепцию. В храме царицы Хатшепсут в Дер-эль-Бахри сохранились весьма интересные и поучительные изображения и надписи, рассказывающие о рождении женщины-фараона. Как известно, подлинными, земными родителями царицы Хатшепсут были фараон Тутмос I и его жена, царица Яхмос. Изображения же и сопровождающие их надписи не оставляют ни малейшего сомнения в том, что знаменитая царица считалась официально дочерью царицы Яхмос и бога Амона (в те времена верховного бога Египта, отождествленного с богом Ра). Сопровождаемый богом Тотом, Амон направляется в покои царицы, приняв образ ее земного супруга, фараона Тутмоса I. Божественный аромат, исходящий от него, волнует царицу. Она воспламеняется страстью к богу и отдается ему. Рождается дитя божественного происхождения - Хатшепсут. Аналогичные изображения и подписи повествуют о рождении в Луксоре фараона Аменхотепа III, земными родителями которого были фараон Тутмос IV и царица Мутемуйя, а "подлинным" отцом - сам бог Амон. Таким образом, в отношении двух фараонов XVIII династии - Хатшепсут и Аменхотепа III - мы имеем совершенно неопровержимое доказательство концепции "двойного отцовства".

Эта концепция существовала и много позже - она отражена в коптском романе об Александре Македонском Псевдо-Каллисфена, где прямо говорится: "Царь Александр, сын бога Амона и Олимпиады..." (I, 21). Олимпиада была исторической, земной матерью македонского завоевателя. Г. Масперо, конечно, прав, утверждая, что все это - отголосок представлений египтян о рождении фараона, воплощенных в изображениях и надписях на стенах храмов.

Здесь нельзя обойти молчанием весьма интересный факт: концепция "двойного отцовства" проникла в мифологию раннего христианства. Она присутствует в одном из коптских апокрифов (история плотника Иосифа). В полном противоречии с каноническими евангелиями Христос говорит о двух своих отцах - о "любимом отце Иосифе", "отце по плоти", и о "благом отце в небесах". В подтверждение божественной природы фараона неоднократно приводился и тот несомненный факт, что в ряде египетских текстов сохранились гимны, в которых фараоны воспеваются как боги. Таковы, например, гимны фараону Сенусерту III (кахунские папирусы), гимн Рамсесу II (Кубанская стела), гимн Ме-ренпта (папирус Салье I), гимн Рамсесу IV (Туринский остракон № 2161).

В ряде случаев фараоны (в частности, Рамсес II) еще при жизни сооружали храмы с собственными скульптурными изображениями, которым поклонялись как изображениям богов.

В текстах, исходивших из официальных кругов - храмов, дворцов и т. п., всячески подчеркивалось божественное происхождение фараона в целях упрочения его авторитета. Слово "бог благой" (ntr nfr), "фараон" (рr с;), "царь" (nswt) имели один и тот же денотат - "живой царь", "фараон".

Совокупность этих фактов легла в основу традиционной египтологической концепции о роли фараонов в египетской религии как "подлинных богов". Однако, как показал Ж. Позенер, основываясь на тщательном анализе множества текстов, имеющих непосредственное отношение к этой проблеме, разрешение ее в традиционном плане страдает безусловной односторонностью. Египтяне, конечно, не могли считать фараонов, реальных людей, подлинными богами, невидимыми сверхъестественными существами, - различие между теми и другими было слишком безусловным и неопровержимым. Божественная природа фараона не что иное, как результат религиозно-политических убеждений, в то время как его человеческое естество было дано в непосредственных ощущениях и в полной мере отражено в ряде текстов. Как повествуется в знаменитой поэме о Кадешской битве, Рамсес II, окруженный многочисленными врагами, обращается с молитвой о помощи к своему "отцу", богу Амону, и тот спасает возлюбленного "сына" от угрожающей ему смертельной опасности. Это только один из множества примеров, свидетельствующих о том, что фараон, как и прочие смертные, в трудную минуту жизни искал помощи у богов.

Воспевание фараона как подлинного бога не более чем литературная гипербола, к которой были склонны египтяне. В уже упомянутом гимне Сенусерту III, например, фараон воспевается как могущественное божество, а затем следует молитва, обращенная к богам, с просьбой проявить любовь к царю, даровать ему жизнь и власть на многие, многие годы. В знаменитой "Повести о Синухе" воспевается как бог фараон Сенусеот I и также содержится молитва за него богам. Подобных текстов сохранилось множество от самых различных периодов истории Египта. Из надписи фараона Харемхеба явствует, что моление богам за здравие и благополучие царя практиковалось в храмах ежедневно, иначе говоря, это была необходимая составная часть ежегодного богослужения. С молитвами к богам обращался и сам фараон - тому немало примеров, особенно в текстах XIX и XX династий. До сих пор исследователи не обращали на это внимания, подчеркивая лишь все то, что характеризовало фараона как бога. В результате создавалась неполная, тенденциозная, малоправдоподобная картина египетских представлений о фараоне. Фараон мыслился как "богочеловек", и заключенное в нем человеческое начало сближало его с простыми смертными. Как простые смертные, он зависел от богов и нуждался в их помощи. В своих молитвах фараоны постоянно подчеркивали, что они "послушны" воле богов. И еще один очень интересный факт: в провинциальных центрах "отцом" фараона считался местный верховный бог.

На всем протяжении истории Египта между богами и фараонами как бы существовал неукоснительно соблюдавшийся нерушимый "договор", основанный на принципе "do ut des" ("даю, чтобы ты дал"), - боги даровали фараону долголетие, личное благополучие и процветание государства, фараон же, со своей стороны, обеспечивал богам соблюдение культа, строительство храмов и т. п. Естественно, он делал это не единолично - происходил взаимный обмен услугами "между миром богов и Египтом в целом", однако осуществлять миссию посредника между богами и людьми был призван фараон - "богочеловек", приближенный к богам обстоятельствами своего появления на свет. Он единственный из смертных имел доступ к богам: бесчисленные рельефы храмов изображают его среди богов. Фараон, и только фараон, служит богам в интересах своего народа - многочисленное жречество отправляет культ лишь по его повелению, только от его имени приносятся во всей стране жертвы богам. Сам по себе фараон лишен способности творить чудеса; они происходят по воле богов, однако в отдельных случаях боги могли проявлять свою волю через фараона. Для единственного "богочеловека" был разработан специальный этикет, в соответствии с которым с ним сносились простые смертные, в том числе и крупнейшие сановники государства. Соотношение богов и царя четко определено в одном из текстов времен XVIII династии. В храме, построенном царицей Хатшепсут, имеется надпись, содержащая слова "царя богов", Амона, обращенные к царице Хатшепсут: "Мое имя - во главе всех богов, твое имя - во главе людей".

Представление о божественном происхождении царской власти, о "богочеловеке", о его близости к миру богов "впоследствии имело могущественное влияние (через Птоле-меев) на Рим и Византию".

В заключение следует упомянуть о празднике хеб-сед, который "справлялся в большинстве случаев через определенные промежутки времени - первый раз на 30-м году правления фараона, а затем через каждые три года. Однако имеются случаи празднования хеб-сед и в иные даты". Это один из древнейших праздников, связанных с фараоном, восходящих к первобытному доклассовому обществу. "Основной целью хеб-седа было обновление сил правителя Египта... Хеб-сед был пережитком, заменой некогда существовавшего в первобытном Египте ритуального убийства предводителя племен". С этим частным вопросом тесно связана и более общая проблема происхождения фараоновой власти. "Культ же египетского фараона и весь связанный с ним сложный ритуал останется непонятным без учета представлений, обусловивших на предыдущих этапах развития общества возникновение культа племенного вождя. Согласно представлениям, широко распространенным у многих племен, вождь считается магическим средоточием производительных сил природы. Он ответствен, таким образом, за хороший урожай посевов, за обильный приплод скота, за плодородие женщин племени. Развивающийся с течением времени культ вождя, с одной стороны, сосредоточивает в себе пережитки древнейших тотемистических представлений, а с другой стороны, втягивает в свою орбиту родовые земледельческие культы духов зерна, хлеба, природы. Вождь и старейшины используют значение этих культов для закрепления своего ведущего положения в роде.

В свете этих представлений становится понятным тот факт, что и фараоны Египта также продолжают считаться, подобно древним племенным вождям, магическим средоточием плодородия страны. Так, фараон принимает обязательное активное участие в обрядах, связанных с основными моментами земледельческой жизни страны: при наступлении времени подъема Нила фараон бросает в реку свиток с приказом начать разлив, фараон первым торжественно начинает подготовку почвы для посева, он же срезает первый сноп на общегосударственном празднике жатвы, и он же приносит за всю страну благодарственную жертву богине урожая Рененут после окончания полевых работ года".

Обожествление фараона в Египте имело место на протяжении всей истории страны, распространилось на греко-македонских царей Египта - Лагидов (Птолемеев), оказало безусловное влияние на римских императоров, в империю которых Египет входил в качестве провинции. Обожествление же простых смертных было в Египте явлением исключительным. Обожествляться могли представители высшей египетской бюрократии. Был обожествлен, например, везир Иси (конец эпохи Древнего царства). Культ его отправлялся недалеко от Эдфу еще на исходе эпохи Среднего царства. Другой везир, по имени Имхотеп, также времени Древнего царства, помощник царя Джосера, строитель и врач, был обожествлен в качестве бога врачевания (гробница его не обнаружена). Греки отождествляли его со своим Асклепием. Культ его справлялся в Саккаре. Был обожествлен и некий Аменхотеп, сын Хапу, живший во времена XVIII династии, в правление фараона Аменхотепа III. В его честь был даже сооружен заупокойный; храм. Культы эти были очень устойчивы; их объекты упоминаются в разных текстах в связи со своими особыми качествами, раздутыми народной молвой.

К божествам этого типа были причислены и некоторые фараоны спустя много лет после смерти. Их чтили как богов определенной местности. Таковыми были Аменемхат III в Фаюме и Аменхотеп I и его мать Яхмос-Нефретере в некрополе Фив.

Обожествление было следствием впечатления, произведенного упомянутыми выше лицами в данной местности еще при жизни, или происходило в связи с бытованием на данной территории преданий и легенд, которые складывались о них после смерти. Процесс обожествления облегчался высоким общественным положением, приближенностью к божественной особе фараона.

 

М. А. Коростовцев "Религия Древнего Египта"
Москва, 1976 г.



Рейтинг@Mail.ru

|ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА САЙТА БЛИЖНИЙ ВОСТОК|

Купить дешевые термопанели клинкер и фасадные термопанели.