РЕЛИГИЯ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА


 

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ЕГИПТЯН О ЗАГРОБНОЙ ЖИЗНИ

Представления египтян о загробной жизни сложились в очень отдаленное время, находящееся за пределами доступного для исследования по письменным источникам исторического периода, т. е. задолго до объединения Египта на рубеже IV и III тысячелетий до н.э. И наука может прийти к каким-либо выводам, опираясь в основном на чисто археологические источники. Однако "Тексты пирамид", начертанные в пирамидах фараонов V и VI династии, т. е. позднее XXV в. до н.э., содержат ряд мест, сложившихся, несомненно, в древнейшие доисторические времена, от которых до нас не дошло письменных источников, и убедительно подтверждающих выводы чисто археологического порядка.

Для ясности дальнейшего изложения необходимо сказать несколько слов об археологической истории Египта.

В Египте были обнаружены в небольшом количестве орудия палеолитического типа, весьма сходные с находками палеолита в других странах и на других континентах. Немногочисленность находок объясняется тем, что основная масса орудий погребена в толще отложений нильского ила, оседавшего в долине Нила на протяжении многих тысячелетий. Находки палеолита в Египте не дают возможности прийти к каким-либо определенным выводам об этнической принадлежности их создателей. Приходится ограничиваться гипотезами. Самая вероятная из них следующая: население Египта в эпоху палеолита было местным, африканским (черной или белой расы), т. е. испокон веков населявшим Африканский континент. Это были предки египтян неолитической эпохи.

В отношении неолита и энеолита практически не было ничего известно до последнего десятилетия прошлого века. Для старших поколений египтологов история Египта начиналась с легендарного Мины (Менеса), известного из античных источников и египетских списков царей. Между временем палеолита и основателем I династии оставался огромный зияющий пробел. Восполнение этого пробела началось с раскопок Фл. Питри и Квибеля в 1894-1895 гг. в местности Накада, в Верхнем Египте. Здесь незачем излагать историю дальнейших раскопок, продолжающихся и в наши дни. Остановимся на их результатах.

В наши дни фараоновский Египет не представляется нам необъяснимым историческим чудом, возникшим внезапно, как мираж в пустыне. Фараоновскому Египту предшествовала длительная эпоха развития неолита: население занималось "рыбной ловлей, скотоводством и охотой, между прочим, на водившихся тогда в изобилии слонов, львов и т. п., начиная уже обрабатывать землю. Изящные орнаментированные поделки из кремня (напр., ножи), каменные красивые сосуды различных форм, иногда причудливых и с орнаментом, глиняные сосуды с белыми и красными орнаментами и рисунками (спирали, растения, суда или, может быть, укрепленные жилища, изображения танцовщиц и животных и т. п.) указывают на большие художественные дарования народа уже в первичную эпоху его культуры. На представления о загробной жизни указывают погребения с сосудами и предметами пищи и имущества (между прочим, охотничьи и рыболовные орудия), а также с шиферными пластинками, служившими при жизни для раскраски тела и, вероятно, имевшими значение амулетов. Покойники, нередко завернутые в шкуры, лежали в круглых ямах или глиняных гробах, иногда горшках, в так называемом эмбриональном положении на левом боку, большею частью головами на юг. Население Египта уже в то время было густое, и обширные кладбища указывают на существование больших поселений народа, перешедшего к оседлому образу жизни".

Все это относится к позднему неолиту. Обратимся к самому сжатому обзору поздненеолитических поселений.

В Нижнем Египте, на кромке Ливийской пустыни, к северо-западу от Каира, было обнаружено поселение времени неолита: остатки тростниковых хижин, зерно и силос в корзинах из соломы, обмазанных глиной, лоскуты тканей, обломки веретен, браслеты из слоновой кости, примитивная, сделанная вручную, без гончарного круга, керамика. Погребения были либо рядом с хижинами, либо внутри них. Высказывалось мнение, что это весьма древнее поселение. Этот неолитический поселок известен в науке под названием Меримда Бени Салама (современный арабский топоним).

В Верхнем Египте, между Ассиутом и Ахмимом, на восточном берегу Нила, были обнаружены неолитические поселения, по-видимому, того же времени, что и Меримда Бени Салама. Они названы по месту нахождения: Таса и Бадари. Находки этих двух мест, расположенных неподалеку друг от друга, однотипны.

Наконец, раскопки в Накаде дали более поздние неолигические находки, которые разделяются на две группы: более раннюю - Накада I (иначе Эль-Амра) и более позднюю - Накада II (иначе Герзеа). Эль-Амра и Герзеа - современные арабские топонимы, как Накада.

Несмотря на то что Бадари и Таса, Эль-Амра и Герзеа - последовательные ступени развития неолита, нет ни малейшего сомнения в том, что создателями и носителями этих культур был один и тот же этнический элемент, а именно предки исторических египтян. А. Гардинер подчеркивает, что погребения на разных ступенях неолита оставались в принципе неизменными - это погребение тела в эмбриональном положении на левом боку в могилах овальной и прямоугольной формы, в большинстве случаев головой на юг. Этот принцип не нарушается попытками устлать могилу матами или появлением в могилах боковых досок (тенденция, развившаяся в строительство саркофагов много позже, в династическом Египте). Захоронения такого типа практиковались и в объединенном Египте, в основном среди бедняков, лишенных возможности сооружать роскошные гробницы или что-либо подобное.

Остановимся несколько подробнее на погребениях эпохи неолита, так как это единственный прямой источник того времени, на основании которого можно судить о представлении египтян о загробной жизни. Изложенное ниже основано на изучении археологического материала времени неолита, обнаруженного в Верхнем Египте, на территории от северной границы Фиваиды, от Гиераконполя (Ком-эль-Ахмар), на север до Бадари включительно. Здесь найдены и обследованы поздненеолитические стоянки в Накаде, Балласе (Омбос), Ху (Малый Диосполис), Эль-Амре, Абидосе, Эль-Махасне, затем на восточном берегу, в Нага-эд-Дере, Кау, по Бадари включительно.

На западном берегу Нила, севернее Фаюма, обнаружены неолитические стоянки в Хараге - Абусир-эль-Мелек и Герзеа (Тархан) и на восточном берегу - Тура и Меади. Недостаточна археологическая информация из Нижнего Египта из-за неблагоприятных почвенных условий. Раскопки увенчались успехами лишь в упомянутом Меримде Бени Саламе на западном берегу Нила и в Хелуане - Эль-Омари и Меади - на восточном.

Данные из перечисленных районов составили общую для Египта картину неолитических погребении, для которых характерны следующие моменты:

1) могилы расположены по линии север - юг;

2) телам придано эмбриональное положение;

3) в основной массе тела лежат на левом боку головой к югу и, следовательно, лицом к западу. Гораздо реже встречаются погребения головой к северу, на правом боку, лицом также к западу;

4) в Меримде господствовал другой обычаи: лицо умершего, лежащего головой к северу на левом боку, повернуто к востоку. На кладбищах Туры и Тархана приблизительно половина умерших повернута лицом к западу, остальные - к востоку. По-видимому, здесь произошло смешение погребальных обрядов и традиций;

5) вместе с умершими погребена их домашняя утварь;

6) следов мумификации еще нет, но встречаются могилы, выложенные матами, тела обернуты шкурами;

7) археологи, приобретшие большой опыт в раскопках неолитических некрополей, подчеркивают, что в могилах не обнаружено следов умышленного расчленения тела.

Из всех перечисленных фактов можно сделать лишь один несомненный вывод: умерший рассматривался, как погруженный в глубокий сон, он продолжал жить, нуждаясь в пище и домашней утвари. Этот вывод косвенным образом подтверждается "Текстами пирамид", где говорится, что умерший нуждается в пище, что его близкие должны ему помочь проснуться и принять пищу.

В качестве примера можно сослаться на следующие изречения из "Текстов пирамид": "Поднимись, возьми себе свой хлеб, соедини свои кости, встань на ноги... поднимись к этому своему хлебу, не подверженному порче, и к своему пиву некиснущему" (Руr., § 858); "Отец мой, подымись со своего левого бока и повернись на правый к этой свежей воде, которую я тебе принес. Отец мой, подымись со своего левого бока и повернись на правый к этому теплому хлебу, который я тебе принес" (Руr., § 1002/3); "Твои кости не разрушаются, твоя плоть не болит, твои члены не отделятся от тебя" (Руr., § 725) и т. п.

В свете изложенных археологических данных и свидетельств "Текстов пирамяд" очевидно, что в эпоху неолита дорожили сохранностью тела умершего. Действительно, если смерть - лишь сон и умерший продолжает жить, то расчлененность тела немыслима. Идея о необходимости сохранения тела для будущей жизни привела в конце концов к возникновению искусства мумификации и строительства гробниц.

Самый авторитетный специалист по египетским мумиям, английский медик Элиот Смит, указывает, что попытки мумификации имели место уже во времена I династии, а при II династии существовал несовершенный способ мумификации. Очевидно, что завертывание тела в шкуры при погребении в эпоху до объединения Египта было зачатком мер, предпринимаемых для сохранения тела.

Прежде чем перейти к рассмотрению типов египетских гробниц, необходимо остановиться на мнениях некоторых египтологов, считавших, что в Египте до его объединения существовали погребальные обычаи, противоречащие стремлению сохранить тело умершего. Эти гипотезы основаны на непонимании смысла археологических находок. Так, сотрудничавший с Фл. Питри английский египтолог Уэнрайт писал: "Тело надо было расчленить, ибо необходимо было уничтожить грешного человека, чтобы дать ему чистое и новое безгрешное начало, которое он приобретет в потустороннем мире при помощи богов".

Такое объяснение представляет собой явную модернизацию в христианском духе - подобные мысли не могли возникнуть в мозгу человека эпохи неолита. Гипотезу о расчленении тела умершего опровергает и сам по себе факт. открытия огромного количества могил времен неолита, содержащих неповрежденные человеческие останки. Тем не менее английский египтолог М. Меррэй продолжает придерживаться этой гипотезы. Немецкий египтолог Видеман, ученый широко осведомленный, считал, что встречающиеся в некоторых могилах поврежденные человеческие останки свидетельствовали о борьбе египтян с вампиризмом, об их вере в то, что умерший может превратиться в вампира и вредить живым. Вера в вампиризм была распространена у многих народов и племен в Европе, в том числе у славян. Чтобы обезвредить вампира, считалось необходимым отсечь у трупа голову. Никаких следов подобных поверий в Египте не обнаружено. Напротив, египтян устрашала мысль о повреждении тела умершего, и они всячески стремились сохранить его целостность. Больше всего египтяне заботились о сохранности головы - "седалища жизни". Это неоднократно подчеркнуто в "Текстах пирамид", в "Текстах саркофагов" и в более поздней "Книге мертвых". Мысль об обезглавливании была для египтян устрашающей - этого желали только врагам богов, и трудно себе представить, чтобы подобный акт был возможен по отношению к умершему члену семьи.

X. Кеес пишет по поводу поврежденных останков, обнаруженных в некоторых могилах: "Наблюдения над раскопками поздненеолитических и раннединастических некрополей убедили наших германских археологов в том, что это - следствие нападения хищников пустыни - шакалов и крыс. Необходимо также принять во внимание возможность вторичного погребения останков, поврежденных при первом погребении, погребения тела, найденного через длительное время после смерти, - словом, погребений, вызванных необходимостью, при которой уже нельзя было соблюсти предписаний ритуала".

По тем же соображениям следует отвергнуть и предположение о сожжении при погребении, высказанное в связи с раскопками так называемой гробницы Мины (Менеса) в Накаде и гробниц царей I династии в Абидосе, где были обнаружены следы трупосожжения. Сжигание тела, как и обезглавливание, считалось страшной участью для умершего: в тексте постановления фараона XIII династии Неферхотепа I, изданного для охраны некрополя Абидоса, говорится, что смертная казнь через сожжение грозит каждому оскверняющему могилы некрополя. Мысль о сожжении тел умерших была чужда египтянам.

Таким образом, вполне последовательно и ясно прослеживается эволюция от неолитических погребений до погребений исторической эпохи, от примитивных могил-ям до архитектурно усовершенствованных гробниц, от отсутствия искусственного сохранения тела до высоко усовершенствованной мумификации. Эта эволюция сама по себе, а тем более в интерпретации "Текстов пирамид", вне всякого сомнения, выявляет основную идею египтян о загробной жизни как о непосредственном продолжении жизни земной. При этом необходимым условием оказывается полная сохранность тела умершего. По представлениям древних египтян, умерший в могиле беспомощен и обеспечить ему загробное существование призваны живые, в первую очередь близкие - семья, родственники.

Забота живых об умерших и есть заупокойный культ умерших, отправляемый живыми. Культ умерших у египтян нельзя смешивать с культом предков у других народов. Культ умерших - это не обожествление умерших, а забота живых о потусторонней жизни умерших, долг живых в отношении умерших. Культ умерших был для египтян не отвлеченной религиозной обязанностью, а практической необходимостью, обусловленной переходом близких в иной мир. По сути дела, это была борьба против смерти за вечную жизнь. Этим объясняется первостепенное значение культа умерших в жизни египтян на протяжении всей истории египетского общества - от времен неолита вплоть до полного исчезновения египетской культуры.

С течением времени изменялись формы этого культа, обогащалось его содержание, но оставалась незыблемой основа, полностью сложившаяся уже во времена раннего Древнего царства. Умерший продолжает жить в могиле при условии сохранения в целостности его тела и заботы о нем живых - эта примитивная идея никогда не была оставлена египтянами, она лишь причудливо и порой противоречиво сочеталась с представлениями, возникшими позже. По этим более поздним представлениям, у умершего, продолжающего жизнь в могиле, помимо потребностей в пище и напитках возникает потребность выходить из могилы на дневной свет, взлетать на небо к богам и т. п. Эту потребность испытывает уже не тело умершего, а материальный, но невидимый человеческим глазом элемент, который может находиться в могиле, но может и удаляться из нее куда угодно.

Эти воззрения египтян часто фигурируют в текстах, что не дает, однако, достаточных оснований для определенных суждений о них, поскольку и у самих египтян не было достаточной ясности в вопросах заупокойного культа. Не подлежит сомнению лишь то, что убеждение, будто после смерти человека продолжает жизнь какая-то, хотя и невидимая, но материальная субстанция его индивидуального существа, сложилось у египтян в глубочайшей древности, задолго до объединения страны. Письменные источники времен объединенного Египта содержат весьма нечеткую информацию о загробной субстанции человека и о том, в каких формах она мыслилась египтянами. В текстах представлены разные названия форм, но относились ли эти названия к различным проявлениям одной и той же субстанции человеческого существа или обозначали разные невидимые компоненты человека после смерти - сказать определенно невозможно. Наиболее осторожным и объективным мнением по этому вопросу представляется следующее: в основном разные названия были обозначением одной и той же загробной субстанции человека, но могло иметь место и представление о существовании разных субстанций, тем более что представления о загробной жизни претерпевали несомненные изменения во времени и в зависимости от места.

Остановимся на названиях форм проявления загробной субстанции человека и, насколько позволяют тексты, на том, что более или менее конкретно обозначали эти названия в представлении египтян. Наш обзор будет по возможности краток, так как многочисленные, несогласованные, а порой противоречивые высказывания текстов до сих пор не дали возможности ученым выработать окончательные определения и четко разграничить понятия "ба" и "ка" и т. п.

Ба - так называлось воображаемое существо, представлявшее собой душу человека и душу богов. Насколько можно судить по '"Текстам пирамид", слово "ба" имело два значения: оно было своего рода синонимом для слова "бог" и вместе с тем означало что-то вроде "душа". О ба обыкновенных людей в последнем смысле слова древнейшие тексты хранят молчание - в "Текстах пирамид" упоминается только ба умершего фараона. В "Текстах саркофагов" говорится о ба погребенных в этих саркофагах представителей знати (эпоха после падения Древнего царства, когда началась так называемая демократизация заупокойного культа). Следовательно, во времена Древнего царства ба (душа) было только у фараона. Ба мыслилось как нечто существующее только после смерти человека и изображалось как птица с человеческой головой. Говорить о ба живого человека бессмысленно. Широко известно литературное произведение под названием "Беседа разочарованного со своей душой (ба)". Оно представляет собой творение беспокойного гераклеопольского периода истории страны и является продуктом религиозного философствования, а не теологической мысли. Следует подчеркнуть, что, несмотря на неоднократные попытки понять сущность этого интереснейшего памятника египетской литературы, он до сих пор далеко не во всем понятен, а посему вряд ли целесообразно использовать его для толкования неясных для нас идей египетской религии. Во всяком случае, из заупокойных текстов разных времен после падения Древнего царства очевидно, что ба считалось элементом, в какой-то степени оживляющим мумию умершего, что ба и тело умершего были связаны тесными узами и что ба, по крайней мере частично, обитало в гробнице. Вместе с тем ба, которое мыслилось как птица, могло покидать гробницу, удаляться куда угодно, подниматься на небо, но неизменно должно было возвращаться в могилу к тому, чьей душой оно было. Таким образом, ба вело, так сказать, двойственное существование.

Геродот (II, 123) писал: "Египтяне также первыми стали учить о бессмертии человеческой души. Когда умирает тело, душа переходит в другое существо, как раз рождающееся в тот момент. Пройдя через [тела] всех земных и морских животных и птиц, она снова вселяется в тело новорожденного ребенка. Это круговращение продолжается три тысячи лет. Учение это заимствовали некоторые эллины, как в древнее время, так и недавно". По этому поводу X. Кеес вполне резонно замечает: "Факты здесь отмечены правильно: бессмертие души и представление о ее способности принимать разные образы. Но философское оформление этой идеи, система - греческая, несмотря на приоритет египетского содержания. Геродот явно имеет в виду учение Пифагора о бессмертии души ,и такое же учение Эмпедокла, а затем более поздние учения с трехтысячелетним периодом Платона - учения, чуждые египетским представлениям".

Грекам, несомненно, было кое-что известно о содержании некоторых глав "Книги мертвых" - о превращении души в золотого и божественного кобчика, в феникса, журавля, овна, ласточку, змею, крокодила, т, е. в тех животных, которые в плане тотемизма мыслились египтянами как могучие божества, способные устоять перед опасностями загробного мира. Превращение в них было для души средством оградить себя от этих опасностей, т. е. обеспечить себе бессмертие. К тому же ба мыслилось как птица, которой был открыт доступ к богам на небо. Но все это осмысливалось греками по-своему, с трехтысячелетним очистительным для души циклом. По египетским представлениям, ба вольно было летать куда угодно и вовсе не обязано было проходить через разные превращения. Желание умершего превратиться в то или иное божественное животное диктовалось исключительно стремлением обеспечить себе вечную жизнь в потустороннем мире безотносительно к мыслившейся греческими философами "очистительной" процедуре.

Во времена Рамессидов ба изображалось иногда в "Книге мертвых" сидящим на дереве близ гробницы, пьющим воду из пруда, спускающимся в гробницу к телу, с которым оно было связано. Иначе говоря, более или менее постоянным местом пребывания ба была гробница умершего.

Боги тоже имели свои души (ба), бог Pa - даже целых семь. Иногда один бог считался душой другого бога. Так, например, бог Ра иногда именуется в текстах душой (ба) бога Нуна, бог умерших в Мемфисе, Сокар, - душой бога Осириса и т. д. Звезды также рассматривались как души (ба) богов: Орион - душа Осириса и т. д.

Переходим к ка. Это слово встречается в египетских текстах бесчисленное количество раз. Оно употребляется в разных значениях. Однако каждое из этих значений как-то связано с личностью умершего. В рецензии на издания X. Юнкера ("Giza II", 1934; "Giza III", 1938) Р. О. Фолкнер писал: "Ка может находиться в потустороннем мире, чтобы встретить умершего, направляющегося к своему ка; оно сопровождает умершего, направляющегося в потусторонний мир со своим ка, они оба пребывают в потустороннем мире, и вместе с тем ка обитает в гробнице, в которой покоятся останки умершего, и принимает там подношения от живых родственников умершего". Таким образом, у древних египтян не было четких представлений о ка. Более того, они как будто противоречивы и даже временами исключают друг Друга.

Проблеме ка уделяли внимание Масперо, Биссин, Бергман, Эрман, Кеес, Штейндорф, Юнкер и др., и каждый предлагал свою дефиницию ка, исходя из содержания египетских текстов.

"Из разных предложенных дефиниций, - пишет Кеес, - две особенно четко противопоставлены друг другу: дефиниция Масперо, которую он отстаивал всю жизнь и согласно которой ка является двойником человека, внешне и по существу тождественным самому человеку, двойником, которым обладают все люди, включая и самого фараона, и диаметрально противоположная ей концепция Эрмана, считавшего, что слово "ка" означает жизненную силу, ту таинственную сущность, которой обладают боги и люди и которая служит признаком различия между одушевленными существами и неодушевленными предметами". Далее Кеес подчеркивает, что в представлении самих египтян не было четкого разграничения значений ка, что значение слова "ка" было в высокой степени диффузным. Здесь следует также упомянуть, что Гардинер предлагает еще одно значение ка - "личность" ("personality"), "натура", "темперамент" и т. д.

Во всяком случае, при всей многозначности и неопределенности понятия "ка" в некоторых случаях оно обозначало именно "двойник" в том смысле, как это понимал Масперо, - об этом свидетельствуют некоторые дошедшие до нас изображения. В заупокойном храме царицы Хатшепсут в Дер-эль-Бахри бог Хнум на гончарном круге создает не только царственного ребенка, но и его двойник, его ка. Р. О. Фолкнер в предисловии к своему переводу "Текстов пирамид" в ряде случаев трактует ка как двойник. Уже в гробницах вельмож Древнего царства обнаружены каменные или деревянные изваяния умершего, так сказать, заместители мумии, которые в случае уничтожения или повреждения ее должны были служить убежищем для ка умершего, как бы ни мыслилось это ка - в виде двойника или жизненной силы. Не только люди, но и боги имели ка. У бога Ра их было четырнадцать.

В поздних текстах слово "ка" обозначало не только душу, но и скульптурное изображение. Это подтверждает, что иногда "ка" означало "двойник".

Подводя итог сказанному, приходится констатировать, что наши представления о ка весьма неопределенны и эта неопределенность - следствие той неопределенности, которая, по-видимому, имела место и в трактовке ка древними египтянами. Бесспорно лишь то, что ка, по понятиям египтян, постоянно обитало в гробнице, но имело возможность покидать ее и устремляться в загробный мир, где бы этот мир ни находился - под землей или на небе, а затем возвращаться на землю, в гробницу.

По поводу представлений египтян об имени достаточно сказано в главе о магии. Подчеркнем лишь, что имя воспринималось как нечто органически присущее его носителю, и поэтому всякие враждебные магические действия против имени считались направленными непосредственно против носителя имени. И наоборот, восхваление имени было благоприятно для его носителя, увековечивание имени увековечивало жизнь. Это полностью относится и к имени в его графическом изображении: соскоблить или стереть написанное имя было равносильно покушению на его носителя.

Следует упомянуть и об ах. В современной научной литературе "ах" более или менее определенно переводится словом "дух". Из имеющихся многочисленных текстов точное значение слова вывести невозможно. Оно упоминается и в "Текстах пирамид" и в самых поздних текстах. Изображалось ах в виде хохлатого ибиса с фонетическим комплементом.

Одним из проявлений человеческой сущности считалась тень человека. Тень (шу) упоминается в "Текстах пирамид", но в общем и целом это представление более позднее, оно прочно входит в обиход текстов со времен Среднего царства.

Особое место в представлениях древних египтян занимало сердце. Оно считалось вместилищем человеческого сознания, как бы самостоятельным существом внутри человека. Сердце рассматривалось как нечто наиболее осведомленное о человеке и его жизни. Поэтому во времена Нового царства, когда стабилизировалось и стало популярным учение о загробном суде над умершими, сердце в иных случаях могло стать опасным для человека свидетелем, дать неблагоприятные показания о его земной жизни. Как же было бороться против этого? На помощь приходила всемогущая магия. Тридцатая глава знаменитой "Книги мертвых" содержала магические заклинания, побуждавшие сердца не свидетельствовать против умершего, которому суждено было предстать перед высшим судом богов в загробном мире. В заклинании, обращенном к сердцу, умерший называет сердце "своим ка". Были и другие главы такого же назначения, например, глава 27-я. В ряде дидактических и иных нерелигиозных текстов о сердце говорится как о руководителе человека в его земной жизни. Во время мумификации иногда вкладывали искусственное сердце: скарабея с написанными на нем заклинаниями. Это должно было обеспечить умершему благоприятные показания сердца на загробном суде.

Тело умершего после ритуала мумификации также рассматривалось как воплощение личности, прошедшей через ряд освещающих ее обрядов. Оно называлось сах и в заупокойных текстах имело нередко .значение "мумия" ("священные останки").

Приведенный выше обзор понятий "ка", "ба", "ах", "имя", "тень", "сердце", "сах" грешит, как это бросается в глаза, полным отсутствием четких дефиниций и разграничении. Как отмечено выше, это прямое следствие диффузности представлений самих египтян. Значения понятий во многом пересекаются, и за разными названиями, безусловно, скрывается нечто общее. Несомненно, однако, что слова, обозначающие эти понятия, не были абсолютными синонимами, а следовательно, существовали и существуют до сих пор трудноуловимые оттенки значений. Однако введение четких разграничении было бы шагом преждевременным и научно не оправданным, фальсифицирующим египетскую действительность.

Подведем, некоторые итоги. Данные доисторических погребений, обнаруженных и обследованных археологией, а также изучение бесчисленных погребений исторического времени с полной очевидностью доказывают следующее:

1) с глубочайшей древности египтяне, как и многие другие народы, верили в загробную жизнь;

2) загробная жизнь долгое время представлялась как непосредственное продолжение земной, но только в могиле;

3) в загробной жизни умерший нуждался в помощи живых. Они должны были обеспечить ему жилище (гробницу), снабжать его пищей и питьем (заупокойные дары или жертвы). Именно эти представления и легли в основу типичного для древнего Египта культа умерших, который не следует отождествлять с известным из истории многих древних народов культом предков;

4) уже после объединения в Египте развивается искусство мумификации. В основе его - стремление к сохранению тела, продиктованное заботой о благополучии умершего в загробной жизни, мыслившейся как материальная. В гробницу помещалась не только мумия, но и скульптурные изображения умершего - заместители мумии на случай ее уничтожения или повреждения. Это являлось гарантией существования в загробном мире.

На совокупности этих идей зиждился в древнем Египте культ умерших, существовавший в стране вплоть до распространения в ней христианства. Египетский культ умерших, в основе которого была забота о материальном благополучии умершего, никогда не порывал с этой идеей, хотя в более поздние времена в него проникли представления, противоречащие ей.

Представления египтян о загробной жизни как о подобии земной послужили причиной устойчивости ритуального характера заупокойного культа.

 

М. А. Коростовцев "Религия Древнего Египта"
Москва, 1976 г.



Рейтинг@Mail.ru

|ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА САЙТА БЛИЖНИЙ ВОСТОК|